Перед вами представлено аудио-интервью Роберта, а ниже ПЕРЕВОД. Слушаем, читаем, наслаждаемся.

Роб: Ты не возражаешь если я буду жевать жвачку во время интервью?

Первый факт: Роберт Паттинсон вежливая Голливудская знаменитость. Роберт 27-ми летний приземленный парень, который спрашивает разрешение. И тут же быстро меняет свое решение :Роб: На самом деле я лучше её выплюну — Это отвратительно.

Он ждет намека на подтверждение от представителей газеты, стоящих в углу, заворачивает *отвратительный кусок жевачки* и улыбается, скрывая поступок руками.

Второй факт: Роб, как его называют друзья, с перевернутой козырьком назад кепкой и трех дневной щетиной забавный.

— Хочешь попробовать итальянскую? — спросила я его

Роб: Правда? Спасибо!

Он аккуратно берет упаковку. Пока открывает, читает со своим наполовину Британским, наполовину Американским акцентом:
«Denti bianchi, sorriso protetto ( Белые зубы, защита улыбки).
Он не сказал не слова, но заинтересован. Он пробует одну, затем откидывает голову, чтобы все могли увидеть его густые брови. Он шепчет:

Роб: Твоя намного лучше.

Факт третий: Паттинсон может завоевать кого угодно только одним взглядом

— Что для тебя значит компаня Диор?

Роб: Поворотный момент: впервые, увидев себя на экране, я понял что выгляжу как взрослый. Это было облегчением — я всегда боялся выглядеть как 15-ти летний. В *Космополис*, к примеру, я носил черный костюм. Довольно мужественно. Но я всё еще чувствую, как будто маленький мальчик оделся как взрослый.

— Что же, одетый или нет, тебя часто признают самой гламурной знаменитостью

Роб: Что? Я такой скучный : я ношу одну и ту же одежду каждый день. Эта куртка от Диор, к примеру : они дали её мне месяцы назад, и я до сих пор её не снял. Если бы я мог, я бы даже в ней спал.

— Возможно тебе нужно отправить её в химчистку…Что насчет женщин : что должна одеть девушка чтобы привлечь твое внимание?

Роб: Хмммм. я очень пытаюсь не сказать ничего *грязного* (Смеется). Давай скажем так: Что бы они ни надела, она должна чувствовать себя комфортно в своей коже и одежде.

— Тебе комфортно в твоей коже?

Роб: Я не очень уверенный в себе человек. Но прямо сейчас мне хорошо : Я оставил Сумерки позади, мою юность. Сейчас я готов двигаться к следующей стадии.

— И Что же будет в новой стадии?

Роб: Я вижу немного, но это основательно: не много ролей меня интересуют.

— Какие роли тебя привлекают?

Роб: Что же, у всех моих персонажей есть темная сторона. Хотя я сам совсем не *темный*. В общем, когда я читаю сценарий и думаю что я не достаточно хорош, чтобы принять эту роль, я принимаю её. Я люблю вызов.

— Какая следующая роль?

Роб: Я работаю над *Карты к Звездам* с Дэвидом Кроненбергом, фильм о том, насколько сумасшедшими и невротическими могут быть актеры. А так же *Держись за меня* Джеймса Маршала, где я буду нарко — диллером. Это будет сложно — такого я еще не делал.

— Ты имеешь ввиду — никогда не занимался наркотиками?

Роб: Не в последнее время (Смеется). Я хотел сказать, что в реальной жизни я никогда не был особенно страшным.. Я не знаю, какого это быть плохим и опасным.

— Для работы ты показываешь других…Когда ты просыпаешься по утрам, ты знаешь кто ты?

Роб: Часто я даже не знаю где я! Серьезно, я никогда не знаю этого наверняка, это было даже до того, как я стал играть.

— Может быть ты начал это чтобы понять.

Роб: Возможно. Играя различные роли -открывает твой разум по отношению к другим, но особенно по отношению к самому себе.

— Ты говоришь об актерстве как будто проводишь психоанализ.

Роб: Точно, это очень психологически. Способность ломать барьеры, преодолевать неуверенность на съемочной площадке — это мощно и расширяет твои возможности. Особенно для такого интроверта как я. И я думаю что это относится ко всем актерам. Я не встречал никого, кто бы был абсолютно в себе уверен. Мы кучка психопатов.

— Ты когда нибудь ходил к психологу?

Роб: Нет, но я бы хотел стать им. Сейчас я анализирую моих друзей. Мне нравится исследовать их подсознание. Или возможно мне просто нравится лезть в их дело.

— У тебя много друзей?

Роб: В Лондоне, где я родился и вырос, у меня четверо лучших в жизни друзей. Я счастливчик : 4 это больше чем обычно есть у человека. Здесь, в Лос Анджелесе сложнее собрать небольшую группу — люди приходят и уходят. К тому же мы все актеры. Я клянусь, это сумасшествие : каждый человек, которого ты встречаешь, чертов актер, который к тому же соперничает с тобой.

— Есть ли кто либо, кто у тебя в почете?

Роб: Мой абсолютный фаворит это Джек Николсон. Я был одержим им : когда я был моложе я пытался копировать его стиль одежды, то, как он говорит…Так же мне очень нравятся Хоакин Феникс и Майкл Шенон.А так же Ченнинг Татум, которого часто недооценивают, хотя я думаю что он так же хорош как Марлон Брандо.

— Что насчет тебя : ты чувствовал себя недооцененным?

Роб: Да, критики не ценят слишком коммерческие роли. Я понимаю это. Но какое то время я охренительно боялся что останусь вампиром навсегда.

— Этого не случилось

Роб: Правда : к счастью, я стал получать более осмысленные роли, такие как мои персонажи в *Космополис* и *Ровер*. И даже в этом случае Диор оказал мне привилегию : я узнал еще один способ актерства.

— Кем бы ты был, если бы не стал актером?

Роб: Я бы пошел в колледж изучать Международные Отношения, а затем бы попытался построить политическую карьеру. Даже сейчас я полностью это не исключаю.

— С какой партией ты бы хотел объединиться?

Роб: Я свободная птица, я лучше буду диктатором (Смеется). Я говорил что я странный….

— И какие законы были бы в твоем королевстве?

Роб: Никто не может там жить кроме меня.

— Ты родился одиночкой?

Роб: Я стал таким. Лос Анджелес по своей сути одинок. Посмотри на улицы: ты не увидишь сообществ, только индивидуумов, каждый заперт в своей машине. Поначалу я чувствовал себя немного одиноким, затем привык. Сейчас мне это даже нравится.

— А к славе ты тоже привык?

Роб: Пришлось. До недавнего времени я упорно пытался жить той же жизнью что и прежде. Всё пошло плохо : я не мог никуда пойти без огромной толпы фанатов, преследующих меня, поэтому я ушел в никуда. Я жил в своем пузыре. Затем что то щелкнуло и я сказал себе : *Ты должен принять. что теперь всё по другому*. И почти сразу я почувствовал облегчение. Принятие является необходимым условием для счастья, или по крайней мере так мне нравится думать.

— Ты счастлив?

Роб: Я принимаю многие вещи. И вот теперь я чувствую себя немного странно признавая это — потому что если ты говоришь это, момент может быстро исчезнуть. Но да, сейчас я очень счастлив.

Часть материала из источника

Над новостью работали:

Перевод и доработка — ChristinaGrey

Поиск аудио-интервью — Irishka86

Отредактировал — admin

Специально для www.eclipse-sumerki.ru